Пластические искусства - журнала «АВТОГРАФ». Челябинск-АРТ»
Николай Черкасов.
«Рисунок, палитра, перспектива и все, чему нужно учиться как ремеслу, дано ему как бы «приложением» к главному художническому дару — талантливейшему поэтическому воображению...» Белый кораблик. 1982. Бумага, трафарет.
Зайнула Латфулин:
«Рисую картины моего детства. Персонажи моих картин — мои близкие и многочисленная родня...» Паломник. 1992. Холст, масло.
Маша Третьякова.
«...Любит лепить именно портреты: ее интересует внутренняя жизнь модели — психологические нюансы, состояния, переходы...» Мужской портрет. Эскиз. 2001. Глина.
Елена Щетинкина:
«Я позволяю себе вовсе не от панибратства или нахальства лепить сосуды и горшки с веселыми обликами Пушкина; он прорывается ко мне в такой форме и хочет через мои руки явить себя живым и трепещущим, а не застывшим в молчании славы и величия...» Русский Феникс. 1999. Керамика, глазурованная роспись.
Валентин Качалов.
«Восторг перед красотой жизни наполняет его работы...» Деревенский мальчик. Этюд к картине «Первые авиаторы» 1978. Холст, масло.
Александр Данилов.
«...Он не живописец, не график, не прикладник, не скульптор, не... (что еще?) в чистом виде, но одновременно и то, и другое, и третье, но плюс к этому занимается ландшафтным искусством и видеоживописью, компьютерной графикой и книжным дизайном...» Созерцание пальмы. 1997. Бумага, тушь, стул.
Яков Корсунский.
«...Эта способность превращать в живопись — всё!, счастливый дар чувствовать радость, дышащую повсюду!.. И груши навсегда свежи, и листва того далекого лета до сих пор не опала... И сквозь время, поверх него — летит нам навстречу и любит изумленная, очарованная, вся в солнечных красках душа...» Любимый уголок. 1986. Картон, масло.
Павел Ходаев.
«Цвет живописных полотен Павла Ходаева — словно клад, замороженный до срока чьей-то бережной рукой тысячи лет назад. Искрящиеся чистотой и ясностью, эти красные, синие, бирюзовые прозрачности оттаивают на ладони мастера». Бабье лето. 2000. Холст, масло.
Виктория Питиримова и Любовь Серова.
«Их пластические новации рождаются как будто бы из обычных вещей... Всякий «житейский пустяк» имеет шанс преобразиться в некий артефакт благодаря остроумной интерпретации двух художниц...» Композиция «Бабье лето» (фрагмент). Гофролюди и балбетки. 2001.
Николай Третьяков.
«...В каждом его этюде удивительно соединяются ощущения величия природы и интимность переживания одного, вполне конкретного момента...» Баркас. 1961. Картон, масло.
Николай Русаков.
«Принадлежит к поколению, воспитанному Серебряным веком, впитавшему из его лона страсть к новому, запредельному знанию и поиску его...» Гейши из Киото. 1915. Бумага, масло, бронза, лак.
Николай Аникин.
«...Живопись Аникина не имеет ничего общего с тьмой, мраком, мрачностью. Ее природа — свет, от земного светлого до глубокого перенасыщения, как бы обращающегося зрительно в свою противоположность...» Ужин. 1989—1990. Холст, масло.
Александр Клименко.
«...Он сливается чуткими руками с ритмом гончарного круга, происходит священнодейство... Из горшков и кувшинов вдруг просматриваются лица, животные, птицы... всё как бы возникает изнутри...» Адам и Ева. 1996. Глина, глазурь.
